Система оздоровления священномученика Серафима Чичагова. Часть 1-я.



Здравствуйте, дорогие братья и сестры! У микрофона Православного радио Санкт-Петербурга врач-фитотерапевт Алифанов Александр Александрович.


В последнее время с разных уголков Российской Державы мне стали звонить и приезжать с вопросами о том, что я думаю о системе оздоровления священномученика Серафима Чичагова. Осенью я вернулся с заготовки лекарственных трав на Дону в Санкт-Петербург и подобные вопросы застали меня врасплох. Я ничего не знал о системе оздоровления Серафима Чичагова. Но вопросов становилось всё больше и больше, и мне пришлось изучить эту систему, чтобы составить своё мнение и поведать вам о нём. Для начала я сел за компьютер и просмотрел в интернете обе части фильма-лекции под названием «Оздоровление организма человека по методике священномученика Серафима Чичагова» студии «Обитель» Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Хочу признаться, я благодарен устроителям этого фильма и ведущей беседы об оздоровлении доктору Ксении Павловне Кравченко за то, что они обратили моё внимание на труд священномученика Серафима Чичагова (в миру Леонида Михайловича), изданный в 1891 году, «Медицинские беседы». Это стоило того. Читая труд, я с удовольствием погрузился в весьма зримое состояние медицины 19 века, с его проблемами, удачами и неудачами, идеями и реальной практикой.


Врачи того времени часто прибегали к лечению ядами: ртутью, сурьмой, мышьяком (т. 2 с. 47), причём в высоких дозах, и в результате такого лечения, далеко не всегда от болезни, состояние болящих ухудшалось и некоторые даже умирали. Врачи часто даже выделяли из растений яды – алкалоиды, например, стрихнин из чилибухи, и от подобных ядов болящие страдали. Лечение веществами, чужеродными организму, называется аллопатией, которая сейчас в 21 веке процветает в виде химических «лекарственных» воздействий. Слово «лекарственных» возьмём в кавычки, потому что собственно лечебным действием они не всегда обладают. Современная западная медицина, победившая в России 21 века и пытается лечить болезни сильнодействующими средствами, которые профессор Бурбелло Александра Тимофеевна прямым текстом называет ядами, как вы помните из нашего цикла радиопередач «Консилиум-2». Как вам известно давно из наших бесед, я так же называю их каиновы промышленные лекарства, потому что Каин – отец промышленности, и как я полагал ранее, лекарство, изготовленное промышленным способом всегда несёт на себе каинову печать осложнений.


Но тут вдруг с удивлением узнал, что и в прежние века врачи лечили ядами, даже выделяли их из трав и были уверены в своей непогрешимости. Собственно и сейчас некоторые терапевты искренне верят, что «лечат» больных. «Лечат» в кавычках. Но, кстати, многие терапевты уже разочаровались сегодня, а возвращаясь к Леониду.Михайловичу Чичагову, мы читаем у него: «вера в помощь лекарств пропала у большинства больных и у самих докторов» (т. 2, с. 16) И владыка Серафим, позвольте так его иногда называть, отказывается от принятого в медицине лечения ядами и погружается в фитотерапию и гомеопатию,


Я вам говорю это, дорогие братья и сестры, а сам испытываю редкое ощущение, словно участвую в перекличке веков. То же самое и сейчас – многие врачи уходят в фитотерапию, гомеопатию, в иные традиционные методы лечения. Ибо врачи очень консервативны по своему складу ума: чтобы убедиться в правильности системы, врачу нужны годы наблюдений и сотни реальных выздоровлений болящих, чтобы они поверили. И врач ещё должен пощупать руками, сделать анализы, ультразвуковое исследование и электрокардиограмму, то есть объективные методы исследования, доказательные для других, чтобы убедиться в реальности положительных изменений здоровья больного. А самое главное – катамнез, отдалённые многолетние результаты лечения. Однако в противовес обещаниям многие установки современной западной медицины не дают благоприятного катамнеза. Например, искусственно придуманный «золотой стандарт» лечения предписывает «лечить» атеросклероз и предупреждать инфаркты и инсульты аспирином. Но на фоне приёма аспирина те же пациенты получают в 75% случаев инфаркты и инсульты. И ещё получают язвы желудка, иммунодепрессию, спазм бронхов, поражение печени и почек от аспирина, а «золотой стандарт» лечения атеросклероза на самом деле является фантазией, и потому пишется в кавычках. А впрочем «золотой» смотря как это понимать…


Итак мы, врачи, очень консервативны, и разуверившись в стандартах аллопатии, то есть западной медицины, оставляем её как средство неотложной помощи, но в лечении большинства болезней терапевтического профиля они малоприемлемы. Как писал в своё время владыка Серафим: «История медицины есть демонстрация с одной стороны, бессилия терапии и систем, с другой могущество фактов.» (т. 2, с.3) Он напоминает нам, что не следует преувеличивать ценность лечения как такового, ибо нередко болезнь проходит и сама. Ярким примером является самовыздоровление от острой респираторной вирусной инфекции: лечим насморк – проходит за неделю, не лечим насморк – проходит за неделю. Надо ли бросаться в бой и лечить болезнь? Имеем ли мы крепкую уверенность, что можем вылечить больного без вреда для него? Подобные вопросы всегда стоят перед специалистом. Молодые бросаются в бой, а опытные не всегда.


Вы слушали, дорогие братья и сестры, нашу передачу с профессором Алексеем Николаевичем Кокосовым «Саногенез», в которой мы обсуждаем, что Господь нам дал средства, резервы внутри организма, к самоисцелению. Это касается не только простуды, но я могу привести в пример даже такое тяжёлое трудноизлечимое заболевание, как саркоидоз (поражение легких). Сам наблюдал: пациентка пила преднизолон – стало хуже, отошла от преднизолона – и выздоровела. Леонид Михайлович Чичагов пишет: «Природа, действующая самостоятельно и противодействующая всему неестественному излечивает наши болезни (т. 2, с.13)».


Владыка Серафим – плоть от плоти своего народа и традиций медицины от первых веков до современности, а потому и выбрал фитотерапию неядовитых трав и гомеопатию малых доз: «Если проследить за средствами которые встарину считались, а также и теперь считаются, наиболее полезными для крови человека, то нельзя не приметить, что все они не ядовиты» (т. 2, с. 86)». Особенно неприемлемым он считал использование ядов детям: «Нельзя детям ядовитые лекарства аллопатии» (т. 2, с. 68)». Если перенести этот принцип в 21 век, то нельзя делать детям прививки и реакцию Манту, содержащие ртуть, фенол, алюминий, от которых наступают нередко тяжелые поражения нервной системы в виде эпилепсии или детского церебрального паралича. (А. Коток. Беспощадная иммунизация. Правда о прививках. Новосибирск, 2006 г., сс. 55, 65, 76-94, 229)». У меня, братья и сестры, много мамочек, просящих о помощи в таком тяжёлом заболевании, некоторым удаётся помочь, но не всем. И детям нельзя давать, например, парацетамол, поражающий печень и иммунную систему (А. Б. Зборовский, И.Н.Тюренков. Осложнения фармакотерапии. М., 2003 г.).


И тут, братья и сестры, мы подходим к основному вопросу медицины, PRIMUM NON NOCERE, ГЛАВНОЕ – НЕ НАВРЕДИ. Подходя к основополагающему вопросу в медицине о пользе и вреде, что можно сколь угодно спорить у постели каждого больного, о целесообразности лечения тем или иным способом, а болезней более тысячи нозологических форм и десятки тысяч вариантов у постели больного,.. Нужна целая парадигма, то есть сложная система научно доказанных взглядов, которыми можно руководствоваться в каждом конкретном случае. И лично я такую разработанную систему нашёл. Приехав из русской глубинки в Санкт-Петербург, я искал, у кого бы поучиться, чтобы совершенствовать свои медицинские знания. Оказывается, единственная парадигма, достойная внимания в нашей стране, разработана в Санкт-Петербургском государственном химико-фармацевтическом институте, теперь академии, школой профессора Лесиовской Елены Евгеньевны и профессора Пастушенкова Леонида Васильевича.


Нужно признать очевидное, - фармацевтикой пронизана вся наша жизнь, так как аллопатия в виде западной медицины победила в СССР и теперь захватила почти все умы врачей России, а лекарства никто лучше фармакологов знать не может. – Как они разрабатываются, как проверяются, как изготавливаются, как используются, все их слабые и сильные стороны. В СП ХФА, солидном учебном заведении десятки профессоров, сотни научных сострудников и тысячи студентов на протяжении более четверти века создали непревзойдённую, могущую поспорить с любым медицинским вузом мира, систему взглядов на те или иные лекарства. И возглавлял эту работу сначала профессор кафедры фармакологии Пастушенков Леонид Васильевич (помолимся об упокоении раба Божьего Алексия), и затем его ученица проректор по научной работе СП ХФА профессор Лесиовская Елена Евгеньевна. И девизом работы этих достойных специалистов стал не пустой звук от клятвы Гиппократа, а истинное соблюдение принципа: PRIMUM NON NOCERE, ГЛАВНОЕ – НЕ НАВРЕДИ.


Учение их показано в изданных руководствах, главное из которых: «Фармакотерапия с основами фитотерапии». В них демонстрируется опасность бездумной аллопатии и рекомендуется переход на фитотерапию неядовитыми травами, особенно в случаях хронических болезней. Через 100 лет после выхода книги «Медицинские беседы» уже повсеместно запрещаются лекарственные травы, содержащие алкалоиды, даже в небольшом количестве, и эта тенденция современной медицины составляет большой положительный шаг по сравнению с 19 веком. По поводу других сильнодействующих ядовитых веществ нельзя сказать, чтобы успехи были огромными, они продолжают рекомендоваться, ибо «большую фарму» в ближайшее время никто победить не сможет. Но школа Е.Е. Лесиовской – Л.В.Пастушенкова создала систему фитотерапии, базирующуюся на принципе: «лекарство не должно быть опаснее самой болезни». Елена Евгеньевна Лесиовская не устаёт повторять, что мы можем не помочь больному, но важнее другое – важнее не навредить. Именно об этом говорит и Леонид Михайлович Чичагов: «Цель медицины – приносить безусловно одну пользу: лучше, чтобы лекарство никакого не имело действия, чем оказывало вред.» (т.2 с. 37)


Владыка Серафим писал: «Я не автор новой медицины, а лишь составитель новой фармакологии, новой дозировки лекарств и нового способа их употребления, изобретатель проверенного способа диагносцирования болезней и сторонник предохранительной медицины (т.2, сс. 2-3)».


Итак, осмелюсь немножко утомить слушателей Православного радио Санкт-Петербурга подробностями фармокологии, коль владыка Серафим считал себя «лишь составителем новой фармакологии».


В 1993 году Божьей милостью я познакомился с учёными и начал возить в Санкт-Петербургский государственный химико-фармацевтический институт лекарственные травы с Дона на исследования с целью дальнейшего возможного их применения в лечебной практике. Первое, что они делали, – проверяли наши донские травы на токсичность. И если проверка на животных показывала какую-либо токсичность, эти виды лекарственного растительного сырья не брались в дальнейшую разработку. Но если токсичности обнаружено не было, тогда дальнейшее изучение продолжалось. PRIMUM NON NOCERE! Леонид Михайлович Чичагов писал: «…При выборе лекарственных средств, - я положительно предпочёл отвергнуть яды и определил, что мне следует стараться найти между неядовитыми средствами равные по действию общеупотребительным ядам (т. 2, с. 37)». 39 «Итак я построил свою фармакологию на принципе лечения преимущественно неядовитыми средствами, и если допускаю некоторые слабо-ядовитые растения, то парализую их влияние на кровь и ткани самой минимальной дозировкой (т. 2, с. 39)».


В благожелательном отзыве о трудах Гиппократа он писал, что ему бросалось в глаза нарушение равновесия организма и что задача медицины заключалась в восстановлении этой нарушенной гармонии. Подобные представления показывает нам и одна из первых (и главных) лекций на своих курсах по фитотерапии Елена Евгеньевна Лесиовская: нервная, эндокринная и иммунная системы составляют единый треугольник, и все нарушения равновесия в этом треугольнике приводят к болезни. Поясню, что это означает на практике. Вот часто встречающийся пример: молодые женщины, чтобы избежать нежелательной беременности, принимают гормональные противозачаточные средства, и нередко получают побочные эффекты – ожирение, холестаз, болезни печени, варикозное расширение вен, частые простуды. Затем иногда бесплодие. Потом крах личной жизни и депрессия. Грех и наказание за грех. И это я видел в реальной жизни неоднократно. Поэтому фитотерапевтическая школа утверждает: «Опасайтесь приёма любых гормонов, всё ваше внутреннее равновесие может разрушиться». А некоторые гинекологи-аллопаты считают наоборот, – «пейте диане-25 и у вас, женщины, всё будет хорошо».


Справедливости ради нужно заметить, что не только фармацевтика синтетических средств, но и современная фитотерапия недостаточно хорошо соблюдает принцип ненарушения равновесия.в треугольнике нервная-гормональная-иммунная системы. Многочисленные сборы трав и биологически активные добавки, продающиеся в аптеках, содержат мощное гормональное растение солодку голую, эффекты которой сравнимы с действием глюкокортикостероидов, а эстрогеновое действие с эстрадиолом. И опять, некоторые пациенты, покупающие подобные препараты начинают толстеть, у женщин нарушаются менструальная функция, работа нервной системы, ухудшается иммунитет, мужчины тоже приобретают проблемы. Один крупный производитель фитопродукции даже жаловался мне однажды, что сожалеет о том, что привлёк к разработке препаратов не Елену Евгеньевну Лесиовскую, а других фитотерапевтов. 20 лет назад на фитопрепараты была получена документация, произведены расходы, а теперь стабильная продажа во всех уголках страны продолжается, деньги идут потоком, и никто не захочет улучшать свои наработки и приводить их в соответствие с принципами научно разработанной фитотерапии. Нужно тратить на это дополнительные средства. Аптечный бизнес пока далёк от интересов пациента.


Вернёмся к принципам новой фармакологии Леонида Михайловича Чичагова. Он писал о «многосмешении в лекарствах»: «Если каждое лекарство можно испытывать только порознь, для познания его свойств, то при лечении болезней не может быть допущено многосмешение, то есть уничтожение определённых свойств (т. 2, с. 50)». И действительно, недопущение многосмешения лекарств, о котором мы вам, дорогие братья и сестры, рассказывали в программе Консилиум-2 с профессором Бурбелло Александрой Тимофеевной, декларируется и современной фармакохимической медициной (А.Т.Бурбелло. Совместимость и несовместимость лекарственных средств. Проблемы взаимодействия. СПб, 2009г). На современном языке «многосмешение» называется «полипрагмазия». Почему декларируется, потому что полипрагмазия отмечена как недопустимое в фармакотерапии явление, однако всё равно больным назначают пить таблетки горстями. Ибо задача пациентов – потреблять как можно больше синтетических средств, чтобы кормить производителей лекарств. Академик РАМН Александр Борисович Зборовский и член-корреспондент РАМН Иван Николаевич Тюренков восклицают: «Иногда приходится удивляться выносливости организма больного, получающего комбинацию из 5-7 препаратов и более (А. Б. Зборовский, И.Н.Тюренков. Осложнения фармакотерапии. М., 2003 г., с. 12)».


Подобное состояние допустимости «многосмешения» трав присутствует и в современной фитотерапии, в сборах их составители намешивают по 10-20, иногда даже 50 наименований. Против такого многосмешения лекарств выступает фитотерапевтическая школа СП ХФА, заявляя о том, что сборы из трав должны быть малокомпонентными, по три-четыре наименования. Этой же точки зрения придерживаются и другие врачи. Например, профессор Кокосов Алексей Николаевич рассказывал мне, что в одной из своих поездок в Бурятию он там встретил эмчи-ламу, буддистского лекаря. Тот рассказал, что сборы трав должны быть малокомпонентными. Чем меньше буддистский лекарь в сбор для больного добавляет трав, тем лучше он эти травы знает. Эмчи-лама, правда, оказался выпускником Военно-медицинской академии Санкт-Петербурга.


А теперь продолжим повествование о текущих событиях нашего времени. Как известно, дорогие браться и сестры, на протяжении последних 19 лет под неусыпным патронажем Елены Евгеньевны Лесиовской нами разрабатывались фитопрепараты и методики Монастырской аптеки. И в наших сборах трав я старался включать по три наименования лекарственного растительного сырья в честь Святой Троицы или четыре наименования в память Креста Господня. А вот настойки почти все состоят из одной травы. Таким образом, в систему Монастырской аптеки неожиданно вошёл принцип владыки Серафима о недопустимости многосмешения лекарств. Он пишет: «Чем сложнее болезнь, тем она требует меньше лекарств. Более двух лекарств, употребляемых порознь, никогда не может понадобиться (т. 2, с. 65)».


Если вы ещё не утомились, братья и сестры, от моей любимой фармакологии, обсудим ещё несколько важнейших вопросов. Одним из них владыка Серафим считал вопрос дозирования лекарств: «…Я утверждаю, что благодаря только неправильной дозировке лекарств в аллопатии, влияние их бывает редко удачно (т. 2, с. 16)». Даже перенося это мнение на почву современного фармакохимического лечения, могу привести в пример «лекарства от давления». Выпил пациент таблетку, и давление упало с 200\120 до 100\70. Пациент падает в обморок от резкого снижения давления и ухудшения мозгового кровотока и может сутки пролежать в постели. Мало кто знает, даже не всем врачам известно, что современные лекарства производятся в «лошадиной» дозировке и приём их нужно начинать с четвертушки таблетки. То же и в фитотерапии. Доза должна быть чайная ложка на стакан кипятка в сутки, а не столовая и не две столовых ложки. Сам владыка Серафим делал спиртовые настойки из лекарственного растительного сырья давал больным по 3-12 капель тинктуры и даже разбавлял их во много раз водой (его термин разжижение в три раза), что соответствует гомеопатическим разведениям (т. 2, с. 77). Используя наши настойки, вы, дорогие братья и сестры, видите в наших аннотациях дозу для взрослых по 5 капель три раза в день на столовой или десертной ложке воды.


Леонид Михайлович Чичагов отметил ещё важнейшую особенность фармакологии, которая на 100% соответствует теперешнему положению вещей: «Понятие о силе лекарства весьма неправильно вообще в обществе и даже в аллопатии. Принято понимать под словом «сила» - количество, вес даваемого лекарства, и большинство предполагает что действие лекарства обнаружится скорее от большаго количества чем от меньшаго (т. 2, с. 22)». И в наше время мы отмечаем непрерывное стремление врачей и больных лечить высокими дозами, но на самом деле исследования, проведенные в Санкт-Петербургской государственной химико-фармацевтической академии доказали, что малые дозы могут действовать сильнее, чем большие, и зависимость доза\эффект волнообразно, а не прямолинейно. Об этом вы можете послушать, братья и сестры в наших беседах «Главные принципы фитотерапии» и «Типичные ошибки фитотерапии». Владыка Серафим абсолютно правильно заметил: «…Наконец, понятие о силе весьма относительное: что одному сильно, то другому слабо, и наоборот (т. 2, с. 22).» Так же и мы говорим своим пациентам об индивидуальном подборе доз. Лучше начинать с минимальных. Одному может помогать три капли, другому десять капель спиртовой настойки трав. До сих пор я помню, как во время моих лекций на «Православном радио Санкт-Петербурга» на 4-м этаже несколько врачей посмеивались над декларированными мною дозами чайная ложка травы… Уж они-то, дескать, знают, какие дозы лекарств и с какой точностью нужно давать. Осмелюсь заявить, клиническую фармакологию я тоже немножко знаю, слава Богу, посланы мне блестящие учителя. И подсчёт дозы лекарства по клиренсу креатинина и клиренсу антипирина тоже мне знаком. Но вопрос о дозах может повернуться совершенно неожиданной стороной. И вот какой. Индивидуальная чувствительность настолько различна, что эффективные дозы одного и того же лекарства для разных больных могут отличаться в 10-20 раз. А, следовательно, в конечном итоге, принцип индивидуальности уничтожает полностью принцип среднестатистической дозировки производимых лекарств, которые продаются в аптеке. Ещё раз напомню, что реально в 21 веке лекарства повсеместно производятся в основном в дозе для лошадей. И как учит фитотерапевтическая школа, в индивидуальном подборе дозы лекарственных трав начинать надо взрослым с 1\3 чайной лржки травы на стакан в день, а настойки даже лучше начинать с капли на приём. Это особенно верно для ослабленных больных и стариков. А детские дозы должны быть ещё ниже, в 7-10 раз. То же точно подметил и владыка Серафим: «Все нервные болезни и нервные субъекты требуют более слабых доз, чем остальные, детям и старикам также соответствуют меньшие дозы лекарств, сравнительно со взрослыми (т. 2, с.65)».


В своей книге «Медицинские беседы» Леонид Михайлович Чичагов не обошёл вниманием и постановку диагноза. «Диагноз должен состоять…из контрольного диагноза с помощью лекарств… в моей системе является новостью упомянутый контрольный диагноз с помощью лекарств (т. 1, с. 550)». Здесь владыка Серафим прозрел в будущем тот подход в диагностике, которому нас учили в мединституте уже спустя почти 100 лет. Диагностика, исходящая из результатов лечения сегодня в медицине называется «диагностика ex uvantibus». Могу от себя тоже сказать что-то новое. Мы в формирующихся принципах новой монастырской медицины 21 века, в условиях повсеместного применения различных лекарств, химических и нехимических, которыми буквально пропитан организм почти каждого пациента, посещающего врача, включаем новое понятие «фармакохимический статус пациента». В анализе того, как повлияло то или иное лекарство на больного, врач, хорошо знающий фармакологию, может более точно провести диагностику болезни. Об этом, братья и сестры, вы можете послушать в нашей беседе «Фармакохимический статус пациента».


И далее владыка Серафим пишет: «...Он (проф. Гергардт) говорит,что диагноз должен обнимать все болезненныя изменения, происшедшия в больном организме. Как в физиологическом, так и в анатомическом отношении, не ограничиваясь одним навязыванием ярлыка болезни, а разъясняя способ происхождения болезненных явлений и взаимное между ними отношение… (т. 1, с. 550)». Этот подход взаимного отношения между болезнями, процитированный от другого автора, в следующем веке реализовался в принципах интегративной медицины. У нас, в Петербурге, секцию интегративной медицины при Обществе терапевтов им. С.П.Боткина возглавляет академик РАМН Александр Владимирович Шабров. Маленький пример интегративного подхода вы, братья и сестры, можете найти в моём докладе «Дискинезии желчевыводящих путей и сочетанная патология» на нашем сайте «Православная медицина: избавление от недугов».


Вернёмся к системе оздоровления владыки Серафима. Во главу угла он ставил очищение организма «кровь делается источником всех болезней, если в ней задержатся и скопятся негодные и вредные вещества (т. 2 с. 3).» Сейчас, братья и сестры это вполне актуально. Кроме того, что пища плохо переваривается и бродит в желудке и кишечнике, имеенно это имел в виду Л. М. Чичагов, в 21 веке нас кормят не только лекарствами, но и ядами, содержащимися в пищевых продукта: нитратами, гормонами, антибиотиками, консервантами, усилителями вкуса и проч. Он писал, что «мы можем содействовать удалению этих веществ через легкие, печень, почки и кожу (т. 2, с. 6).» В теперешнее время об очищении организма много говорит крупнейший специалист в области разгрузочно-диетической терапии (лечебного голодания) профессор Алексей Николаевич Кокосов, называя РДТ элиминационной (выводящей) терапией. И в нашем подходе благодаря фитотерапевтической школе мы широко используем гепато- и нефропротекторы для ускоренного метаболизма и элиминации отходов организма с целью выведения вредных веществ. Можете познакомиться с нашими методиками возвращения равновесия здоровья, противоопухолевой методикой и избавления от недугов гепатитов. Все они основаны на принципе очищения.


Важнейшим элементом лечения владыка Серафим считал улучшение свойств крови и восстановление нормального кровотока: «…Кровь должна течь живым потоком по всем частям тела… необходимо поддерживать правильное обращение крови (т. 2, с. 6)». «От каждого лекарства я требую, так сказать, два свойства: 1) влияние на кровь или какой-нибудь из органов и 2) влияние на кровообращение. Эти два принципа и составляют основу моей системы лечения (т. 2, с. 16)» Вот и вы, братья и сестры, познакомились с нашими настойками разжижающими кровь, настойкой улучшающей кровоснабжение и заметили их замечательное действие.


В завершение позвольте несколько минут беседы посвятить ещё одному удивительному прозрению владыки Серафима. В Медицинских беседах он писал: «…Не следует понижать температуру, (потому) что высокая температура обозначает напряжение организма в борьбе с одолевающим его недугом и что лучшим жаропонижающим средством будет то лекарство, которое излечивает самую болезнь (т.2, с. 24)». Современная наука подтвердила это прозрение, а «напряжение организма в борьбе с одолевающим его недугом» сейчас называется иммунитет, в частности, повышение циркуляции в крови кроме клеточных элементов, ещё и пирогенных (повышающих температуру) интерлейкинов, интерферонов и фактора некроза опухолей. Профессор Георгий Иванович Карпухин, бывший директором НИИ гриппа при РАМН, пишет: «За последние годы всё больше специалистов поддерживают точку зрения, что температурная реакция больного в большинстве случаев – явление положительное… Поэтому «бороться с температурой» чаще целесообразно лишь при её чрезвычайно высоком подъёме (до 40 град) - гиперпирексии (Г.И. Карпухин, О.Г.Карпухина. Диагностика, профилактика и лечение острых респираторных заболеваний. СПб, 2000г. – с. 141)». То же и при хронических болезнях сейчас учёные спорят: «Нужно ли искусственно подавлять повышенную температуру нестероидными противовоспалительными средствами?» Владыка Серафим советует: «…Хотя противолихорадочные средства … и понижают температуру, тем не менее такое безлихорадочное течение не только не ослабляет силы болезни, но даже ни на минуту не сокращает ея продолжительности, а, наоборот, скорее наблюдается замедление в выздоровлении (т. 2, с. 24)». И действительно, те, кто пьёт парацетамол при простуде – чаще болеют дольше, чем те, кто пьёт, например, только наш сбор противопростудный № 1. Это доказано многолетней практикой.


Итак, дорогие братья и сестры, подведём краткий итог нашей беседы. Кадровый военный, полковник русской армии, кавалер ордена Почётного легиона Франции, Леонид Михайлович Чичагов по велению сердца взялся за изучение медицины и приобрёл большую практику, составив свою систему оздоровления, в которой главной причиной болезней назвал нарушения крови. В этом некая параллель с трудами полковника медицинской службы подводника ВМФ СССР профессора Леонида Васильевича Пастушенкова, примерно через 100 лет создавшего учение о гипоксии (кислородной недостаточности) и накоплении недоокисленных продуктов как первооснове большинства болезней (Е. Е. Лесиовская, Л. В. Пастушенков. Фармакотерапия с основами фитотерапии. Учебное пособие для ВУЗов. М., 2003 г., с.20).


В дальнейшем Леонид Михайлович Чичагов отверг лечение сильнодействующими ядовитыми средствами и перешел в фитотерапию и гомеопатию. Точно также профессор кафедры фармакологии СПб ХФИ Леонид Васильевич Пастушенков и присоединившаяся к нему Елена Евгеньевна Лесиовская критически отнеслись к повсеместному западному методу лечения сильнодействующими синтетическим лекарствами и создали фитотерапевтическую школу малых доз. Будучи человеком нецерковным, советский полковник Леонид Васильевич Пастушенков пришёл к указанным принципам чисто научным путём.


Вот краткий перечень прозрений владыки Серафима, которые совпали с позднейшими открытиями фундаментальной медицинской науки 21 века.


1. Отказ от ядов. - PRIMUM NON NOCERE, ГЛАВНОЕ – НЕ НАВРЕДИ.


2. Переход к фитотерапии и гомеопатии.


3. Указание на саногенез, как возможность самовыздоровления.


4. Диагностика ex uvantibus – из результатов лечения.


5. Малые дозы лекарств.


6. Индивидуальный подбор доз.


7. Отказ от многосмешения лекарств - избежание полипрагмазии.


8. Возвращение равновесия здоровья.


9. Очищение крови – элиминационная терапия.


10. Восстановление артериального и венозного кровотока


11. Восстановление работы печени, почек и других органов (гепатопротекторы, нефропротекторы и проч.)


12. Признание повышенной температуры как полезного защитного механизма.


13. Непривязанность к одному диагнозу – интегративный подход.


14. Профилактическая направленность.


Можно этот список продолжать ещё долго, но размеры радиопередачи не позволяют дальнейшее продолжение темы. Главное, что прозрения владыки Серафима позволили ему вылечить тысячи больных, а в следующем веке были подтверждены работами одного из крупнейших научно-практических медицинских учреждений СССР, а потом и России, а также крупнейшими специалистами-врачами нашей родины. Мне кажется, это означает благословение Господне над трудами владыки Серафима. Проводившиеся в СП ХФИ фундамендальные научные разработки вылились в источник создания Монастырской аптеки, начало которой положено в 1993 г нашей встречей Божественным промыслом с Еленой Евгеньевной и Леонидом Васильевичем, и которой некоторые из вас, дорогие братья и сестры пользуются уже более 10 лет. Вызывает удивление, но факт, дорогие братья и сестры, что на основе науки и врачебного опыта мы пришли к признанию таких же законов лечебного дела, не зная о существовании труда священномученика Серафима Чичагова. Как оказалось, основные положениия его системы оздоровления, но в современных терминах, вы слушаете на «Православном радио Санкт-Петербурга» уже 9 лет! Спаси вас Господи. С вами был врач-фитотерапевт Алифанов А.А. Вы слушали первую часть беседы о системе оздоровления священномученика Серафима Чичагова. Всем здоровья и радости во Христе.


Список литературы.


Л. М. Чичагов. Медицинские беседы. В двух томах. М., 1999г. Репринт с изд. 1891г.


Е. Е. Лесиовская, Л. В. Пастушенков. Фармакотерапия с основами фитотерапии. Учебное пособие для ВУЗов. М., 2003 г.


А.Т.Бурбелло. Совместимость и несовместимость лекарственных средств. Проблемы взаимодействия. СПб, 2009г.


А. Б. Зборовский, И.Н.Тюренков. Осложнения фармакотерапии. М., 2003 г.


Г.И. Карпухин, О.Г.Карпухина. Диагностика, профилактика и лечение острых респираторных заболеваний. СПб, 2000г.


А. Н.Кокосов. Саногенез (о науке и практике врачевания). СПб, 2009 г.


А. Н. Кокосов. Разгрузочно-диетическая терапия. Руководство для врачей. СПб, 2007г.


А. Коток. Беспощадная иммунизация. Правда о прививках. Новосибирск, 2006 г.